Стратегия поддержки отечественного рынка межсетевых экранов нового поколения (NGFW) строилась на принципах создания конкурентной среды, а не на точечном финансировании отдельных игроков. О том, почему власти предпочли регуляторные меры вместо прямых бюджетных вливаний в конкретных вендоров, рассказал министр цифрового развития Максут Шадаев. Своими выкладками он поделился в рамках мероприятия «День ТризТех», организованного подразделением компании Positive Technologies.
Ситуация в сегменте NGFW после 2022 года характеризовалась критической неопределенностью: в стране отсутствовали полноценные отечественные решения данного класса, составляющие фундамент ИТ-инфраструктуры, при этом использование западных аналогов стало недопустимым. В отличие от рынка базовых станций, где, по словам министра, инициаторов разработки было крайне мало, в сфере межсетевых экранов отрасль проявила высокую активность — число компаний, стремящихся создать собственные продукты, исчислялось десятками.
Разрабатывая модель взаимодействия с индустрией, министерство рассматривало четыре различных подхода. Первый вариант предполагал прямое государственное финансирование и формирование госзаказа на разработку. Второй — предоставление субсидий и грантов предприятиям. Третий путь заключался в использовании нормативного регулирования для стимулирования спроса. Четвертая модель подразумевает достижение соглашений с рынком без законодательного принуждения, когда бизнес самостоятельно осваивает перспективные ниши.
Максут Шадального подчеркнул, что выбор в пользу прямого субсидирования конкретных вендоров был бы стратегической ошибкой. По его мнению, финансовая поддержка лишь одного или двух производителей наделила бы их особым статусом, что спровоцировало бы рыночный дисбаланс и лишило бы мотивации остальных участников отрасли. Цена подобного перекоса была бы слишком значительной для всей экосистемы.
Власти также отклонили схему, при которой финансирование разработчика осуществляется не из бюджета, а за счет средств заказчика, реализующего государственную задачу. Министр отметил, что такой сценарий несет риски для конкуренции между кластерами: если заказчик инвестирует собственные средства в конкретного исполнителя, он оказывается заложником этой финансовой зависимости.
В конечном итоге государство сделало ставку на третий уровень — создание нормативной базы. Было законодательно закреплено требование, согласно которому все средства защиты, применяемые на объектах критической информационной безопасности, должны иметь российское происхождение. Данная мера фактически закрыла возможность для заказчиков продолжать эксплуатацию зарубежных систем. При этом четвертый уровень взаимодействия, основанный на добровольном рыночном консенсусе, пока остается недостижимым, хотя государство продолжает работать над этим направлением.
Кроме того, Максут Шадаев подверг критике политику крупных заказчиков, стремящихся к созданию собственных закрытых экосистем вместо приобретения готовых продуктов у профильных вендоров. В качестве примера он привел попытки государственных корпораций разработать собственные сервисы для видеоконференцсвязи, несмотря на наличие на рынке достойных альтернатив. По словам министра:
Подобные инициативы по самообеспечению программными продуктами быстро потерпели неудачу, что в конечном итоге пошло на пользу рынку.
